Admin

Из очередного диалога с учеником:
-Дима, а кто ты по профессии?
-Я тренер по шахматам.
-А я наполовину изобретатель, наполовину химик. Я беру несколько гранул полимера, добавляю туда немного синего порошка и мыла. Вообще-то я военный химик. Придумываю всякие взрывчатые вещества.

Сегодня после урока у меня состоялся такой диалог

с четырехлетней ученицей Агашей:

“-…

-А еще я играю фигурами. Они спускаются со стола и идут гулять в лес. Ведь у них есть только маленький кусочек хлеба. И им нужно искать малину и кашу.

-Разве каша растет в лесу?

-Это волшебный лес.”

Вот поэтому я и люблю работать с детьми.)

28 августа в Парке Горького проходил детский фестиваль, посвященный началу учебного года.
Нашу школу пригласили поучаствовать и провести бесплатные мастер-классы для детей.

Вот что из этого получилось:

Смотреть дальше

– То есть вы бы посоветовали каждому родителю поставить перед ребенком черно-белую доску?

– Сто процентов. Шахматы обогащают. Они учат жить, приучают к ответственности, просто делают более серьезным человеком. И не обязательно углубляться. Очень многие просто умеют играть, и это помогает им в жизни. Это сложная, очень сложная игра, которая заставляет мозг трудиться. Родители зачастую не понимают, что, когда отдаешь ребенка в плавание, работают лишь мышцы. А если тренировать только их, то мозг обязательно заплывет жиром. Должна быть гармония.

– Гроссмейстеры редко бывают эмоциональными…

– Заблуждение. Просто мало кто показывает свои эмоции. Но гроссмейстер – он как музыкант. Скрипач не может хорошо играть, просто механически водя смычком. Мелодия должна влиться в душу, в сердце, пройти внутрь. Так же и мы, каждая партия – это маленькая жизнь.

Из интервью для газеты “Советский спорт”.

Нередко задают вопрос: как может шахматист, дающий сеанс одновременной игры на 25-30 досках, держать в памяти ход борьбы в каждой партии? Не служит ли данный феномен примером проявления сверхъестественных способностей?

Ответим сразу: никакого волшебства в данном явлении нет. Это свойство профессиональной, высоко развитой памяти, опирающейся прежде всего на смысловые характеристики положения на доске и общую оценку позиции.

Иначе говоря, шахматист, проводящий сеанс одновременной игры, запоминает по-особому, избирательно – не столько расположение отдельных фигур, сколько общую логическую картину борьбы на доске.

Если во время отсутствия сеансера в шутку снять с доски пешку или фигуру, то подошедший к игровому столу сеансер быстро обнаружит пропажу. И не потому, что хранит в памяти “фотографию” данной партии.

Причина в другом. “Украденные” пешка или фигура обычно вносят существенные коррективы в оценку позиции и планы сторон, проводимые до “похищения”. Сеансер, а памяти которого прежде всего сохраняется оценка позиции, обнаружит неожиданные трудности или даже невозможность осуществления ранее намеченного плана игры.

Последующая “разборка” быстро восстановит истину. Иногда, к востоженному изумлению зрителей, сеансер восстанавливает весь ход партии – начиная с первого хода. Путеводителем сеансера в “обратном движении” игры опять-таки является план, который реализовывался в партии.

Итак – память шахматиста рассудочна. И шахматы прежде всего стимулируют развитие этого качества.

В шахматах есть звание, которого нет ни в одном другом виде спорта – Гроссмейстер. Мне стало интересно, откуда же оно взялось.

Выяснились любопытные факты. Оказывается, в 1914 году в Петербурге, во время проведения большого международного турнира, обращаясь к участникам финального этапа Эм. Ласкеру, Х. Р. Капабланке, А. Алехину, З. Таррашу, и Ф. Маршаллу, император Николай ΙΙ (по-видимому, впервые) назвал выдающихся шахматистов гроссмейстерами. Так, по монаршей воле и царскому слову, появился в шахматах этот титул!

Официально же гроссмейстерский титул был впервые учрежден в СССР 1935 году. За успех во 2-м Московском международном турнире гроссмейстером СССР стал Михаил Ботвинник.

В мировом масштабе звание “международный гроссмейстер” было учреждено ФИДЕ в 1949 году. Звания удостоились 27 шахматистов, в том числе 11 советских!

Очень зацепила история, прочитанная мной недавно в книге “Шахматы: игра и жизнь”

“Осенью 1942 года мы с мамой и бабушкой жили в селе Синодском Саратовской области. Через наше село проходил старинный тракт Казань – Астрахань. В те сентябрьские дни по тракту войска шли на фронт, к Сталинграду. Привал делали за околицей села. Мы, мальчишки, крутились возле военных и после их ухода собирали окурки. Сами еще не курили, но знали: главными ценностями в то время были табак и водка.

Помню, набрав банку табака, я пошел в сельпо, чтобы поменять “добычу”. Но полки магазина, увы, были пусты. Пылился лишь комплект шахмат. Пришлось их взять. Так все и началось.”

Николай Крогиус, международный гроссмейстер, заслуженный тренер России, доктор психологических наук.